— Ну, договаривай, — холодно потребовал консорт, — ни своих мужей.
— Ни своих мужей. — с отчаянием в голосе подтвердила Хельви.
— Что же тогда они любят? — Деми устал от своего полного непонимания. Он не зал, чем разозлил жену, и считал себя совершенно чистым перед ней. Ему хотелось заплакать от досады: когда их с Хельви не связывало никакое чувство, она относилась к нему в сотни раз мягче и нежнее, чем теперь.
— Перечитай историю «Зеленого рыцаря» в легендах о короле Артуре. Там все ясно сказано: женщины хотят только власти. — вздохнула королева. — А дети, хозяйство, мужья — лишь способ утверждения власти над детьми, хозяйством, мужьями. У меня, — она помедлила, — была власть и без всего этого.
Смысл ее последних слов дошел до Харвея не сразу, но когда дошел…
— Я не посягаю на твою власть. — потрясенно проговорил он. — Я взял лишь то, что ты отдала мне сама.
— Отдала? — ее губы изогнулись в насмешливой улыбке. — Довольно об этом. Нам пора идти на Совет.
— Я еще не закончил. — Харвей резко схватил жену за руку. — Повторяю: я не посягал на твою власть.
Королева решительно отвела ладонь мужа.
— Если тебя это так волнует, продолжим после Совета. А сейчас нас ждут, у нас много новостей и все плохие.
Глава 6
В зале Совета полуденное солнце било сквозь окна в темных дубовых рамах и рисовало на теплом деревянном полу игривые узоры. Символ мудрости собравшихся — большая белая сова в серебряной клетке под потолком — сидела нахохлившись и явно не одобряла по-весеннему ярких лучей.
Королева знаком приказала опустить зеленые гардины, и в зале воцарился приятный полумрак.
— Начнем, господа. Вы все знаете, что у нас снова занялась земля под ногами. — Хельви опустилась в свое любимое кресло и крепко взялась руками за его подлокотники. — Мало нам был Фаррада, мало и Беота. Теперь на нас ополчился святой престол и, надеюсь, мало уже не покажется. — она достала из кожаной тесненной золотом папки сложенный вдвое лист бумаги с золотым обрезом.
Когда королева развернула его, всем на свету стал виден водяной знак: встающий из моря лев — и оттиск алой ветви на печати.
— Это письмо от нашего царственного брата короля Арвена. — сказала Хельви. — Я не буду зачитывать вам его целиком. В начале король извиняется за свое оскорбительное для гранарского двора невнимание, которое он проявил к нам после моего брака с лордом Деми, и объясняет это вполне понятным чувством обиды. Далее Арвен пишет: «Последние события на Фомарионе заставляют меня, дорогая сестра, перешагнуть через свою гордость и сообщить вам сведения, важные для нас обоих. Люди, с незапамятных времен известные в сальвских королевствах, как „могильщики“, вновь дали о себе знать. Осенью прошлого года к моему двору бежал небезызвестный вам граф Лоше Вебран, ваш бывший лорд-адмирал и, сознаюсь, мой бывший платный агент. Недавно я узнал, что перед приездом на Фомарион он тайно побывал в Альбици. А несколько дней назад Вебрана нашли задушенным в своем доме в Махо, который я ему подарил. На левой руке покойного, чуть выше запястья был обнаружен известный вам знак. Дорогая сестра, если за последние дни вы узнали что-то новое о возвращении „могильщиков“, прошу вас не оставить меня слепым посреди обнаженных мечей. Ведь этот вельможа долгие годы был в курсе всех морских секретов как вашей, так и моей стороны…»
Королева свернула листок и спрятала обратно в папку. Над столом поднялся легкий гул. Большинство членов Совета просто не знало, как реагировать на тревожное письмо короля Фомариона. Все привыкли видеть в давнем союзнике Гранарской короны сильного монарха, грозного воина и мудрого советчика. Многих обрадовало бы, если б полгода назад Хельви избрала себе в мужья именно Арвена, вместо того, чтоб тащить из Плаймара бывшего беотийского адмирала, чужака, бри-сальва, которого они теперь вынуждены считать своим государем!
— Смятение, изображенное в последних строках письма короля Фомариона, — наконец, медленно проговорил епископ Сальвский, — не делает ему чести. Едва ли мы можем чем-то помочь монарху, потерявшему самообладание.
— Разве мы сами храним ледяное спокойствие? — подняла брови королева.
— Арвен десятки раз доказывал нам свою союзническую верность. — возразил Ламфа. — Скажу вам, господа честно, что гранарская казна не выдержала бы стольких войн, если б не фомарионские деньги. Хоть об этом и не принято поминать. Если у нас отпала необходимость в сильном друге на севере, ее величество может сделать вид, что не получала этого письма, или ответить ничего не значащими любезностями. Но меня беспокоит…
— Меня тоже это беспокоит. — прервала казначея королева, согласно кивая ему. — Скоро могут сложиться обстоятельства, когда нам снова может понадобиться помощь Арвена. И мы должны благословлять Бога, простите мне мой цинизм, господа, за то, что Арвен оказался в одной с нами западне. Это увеличивает наши шансы выбраться.
— Что же вы собираетесь предпринять, дочь моя, в связи с его письмом? — настороженно спросил отец Робер.
Хельви помолчала. Ее нежные округлые пальцы мяли на столе краешек бумаги из папки.
— Мое решение состоит в том, — произнесла королева, — чтобы предоставить Арвену все сведения, о которых он просит, и предложить ему возобновить союз на случай начала новой войны.
— Даже после тех важных новостей, которые я вам сообщил? — воскликнул епископ.
— Особенно после них. — голос молодой женщины был тверд.
Впервые Харвей видел отца Рбера в таком смятении.
— Но ведь вы знаете, с кем будет эта «новая война»! — священник взмахнул алыми крыльями своей сутаны. — Умоляю вас, Ваше Величество, не делайте этого! Мы должны смириться перед святым престолом.
Хельви едва заметно выпятила вперед нижнюю губу. Это всегда предавало ее лицу слегка высокомерное выражение. Теперь же, когда губы королевы припухли, напоминая лепестки чайной розы, вид стал прямо-таки вызывающим.
— Вот вы и расскажите нам, отче, о новостях из Альбицы. Пусть все послушают.
Епископ склонил голову, так что Деми увидел его аккуратно выбритую тонзуру, красную от напряжения.
— С глубочайшим прискорбием, Ваше Величество, я должен констатировать, что вы предаетесь своим прежним заблуждениям, которые уже однажды поставили Гранар на порог гибели. Нельзя противопоставлять силу святости…
— Довольно. — королева слегка стукнула по столу костяной рукояткой ножичка для заточки перьев. — По вашему от Альбици так и веет святостью? На мой взгляд, вот уже 10 лет оттуда до нас доносятся только угрозы. Дрожайший отец, поведайте нам об очередной из них, а наши споры оставим на потом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
